Политические взгляды Рёксина и как они отражены в его творчестве часть II


На страницах своих публицистических произведений 60-х годов Рёскин подвергает сокрушительной критике хотя и с утопических позиций апологетические взгляды буржуазных теоретиков.
Буржуазные экономисты, такие, например, как Дж. Ст. Милль, с которым он чаще всего вступает в полемику, в своих построениях исходят, по словам Рёскина, из признания современного капиталистического общественного строя естественным, разумным и вечным. Они утверждают, что следует, отбросив всякие «сентиментальные» рассуждения, считать законы купли и продажи извечной основой человеческих отношений. «Будем рассматривать человека просто как орудие, движимое алчностью»,—призывают они.
Нет, возражает Рёскин буржуазным теоретикам, алчность, карьера, материальный успех составляют жизненный кодекс не всякого человека, а лишь капиталиста.
Критика подобных буржуазных учений носила у Рёскина в целом романтический характер. Он стремится подставить на место общественных закономерностей свои утопические гуманные пожелания, идеи доброжелательства, симпатии, самоотверженности. Тем не менее, несмотря на эту романтическую наивность, критика Рёскина особенно сильна в разоблачении фетишизации законов капитализма буржуазными политэкономами и моралистами. Наивна, например, филиппика Рёскина против буржуазных теоретиков, отрицающих возможность обеспечения минимального уровня заработной платы при капитализме. И тем не менее он прав в более общем смысле, утверждая, что тот строй, при котором рабочему не гарантирован даже прожиточный минимум, не имеет права на существование.
Важное место в публицистике Рёскина занимает мысль о том, что буржуазия враждебна культуре, враждебна искусству. «Нация... не может безнаказанно и безопасно для своего существования презирать литературу, презирать науку, презирать искусство, презирать природу, презирать сострадание и сосредоточивать всю свою душу на пенсах»,—говорил Рёскин о буржуа, в которых делячество и практицизм убили чувство прекрасного.
Рёскин издевается над официальной версией роста национального богатства в «процветающей» Британии 60-х годов. На страницах книги «Последнему, что и первому» он высказывает глубокую мысль, что богатство имеет относительное значение, «неизбежно предполагая противоположное ему — бедность». «Сила рубля в вашем кармане вполне зависит от отсутствия его в кармане вашего соседа... Искусство богатеть, в обычном смысле меркантильных экономистов, есть неизбежно также искусство удерживать ближнего в состоянии бедности».
По поводу богатства Рёскин замечает, что «по одному голому факту его существования нет никакой возможности судить о том, является ли оно признаком блага или зла для нации, обладающей им». Эта мысль очень напоминает нарочито наивное, но здравое рассуждение Сисси Джуп (из «Тяжелых времен» Диккенса) о том, что о богатстве нации можно судить лишь после того, как станет известно, кому оно досталось.
Рассуждения Рёскина о том, что жизненный кодекс человека не определяется погоней за прибылью, становятся наиболее убедительными, когда он берет в качестве примеров не филантропов-богачей или самоотверженных слуг, готовых безвозмездно работать на «доброго» господина, а рабочий класс.
Рёскину удается правдиво показать, что в нравственном отношении рабочий бесспорно стоит выше буржуа.
Нарочито заостряя свою мысль, Рёскин называет «самыми •святыми, совершенными и чистыми существами на земле» рабочих — «людей в грубой одежде, с грубыми речами на устах».

Если домашнее задание на тему: » Политические взгляды Рёксина и как они отражены в его творчестве часть II оказалось вам полезным, то мы будем вам признательны, если вы разместите ссылку на эту сообщение у себя на страничке в вашей социальной сети.