Володарская – Первый английский цикл сонетов и его автор


Л. И. Володарская ПЕРВЫЙ АНГЛИЙСКИЙ ЦИКЛ СОНЕТОВ И ЕГО АВТОР (Сидни Ф. Астрофил и Стелла. Защита поэзии. - М., 1982) В сонете особенно четко выражен закон искусства: наибольший эффект достигается наиболее скупыми художественными средствами. И. БехерФилип Сидни родился 30 ноября 1554 г. и, прожив всего тридцать два года, навсегда остался в истории Англии как трижды новатор национальной литературы - в области поэзии, прозы и теории литературы. По своему рождению Филип Сидни, автор известного афоризма: "Я не геральдист, чтобы исследовать родословную людей, для меня достаточно, если я знаю их достоинства" , - принадлежал к высшей английской знати, и его крестным отцом был сам испанский король Филип. Мать будущего поэта происходила из старинного аристократического рода, отец - сэр Генри, правда, не мог похвастаться блестящей родословной, но он был близок к Эдуарду VI, который в 1550 г. посвятил его в рыцари.

В будущем на протяжении почти десяти лет (1565-1571, 1575-1578) Генри Сидни был наместником английской короны в Ирландии. Дяди, лорд Варвик и лорд Лестер, занимали при дворе королевы Елизаветы высшие государственные посты. Филип Сидни получил отличное образование в наиболее прогрессивной по тем временам Шрюсберской школе, во главе которой стоял уважаемый ученый Томас Эимон. Ученики обучались там латинскому, греческому, французскому языкам, читали и изучали "Катехизис" Кальвина, сочинения Цезаря, Цицерона, Саллюстия, Горация, Овидия, Теренция, Вергилия. Мальчики из самых знатных семейств Англии жили при школе и довольно редко видались со своими родителями, однако связь с ними не прерывалась, и родительские наставления, получаемые сыновьями в письмах, несомненно, должны были оказывать на них влияние. История сохранила до нашего времени некоторые письма сэра Генри, в частности то, которое было написано двенадцатилетнему Филипу: "Пусть первым побуждением твоего разума будет искренняя молитва всемогущему богу...

Постигай не только чувство и суть читаемого, но и словесное их воплощение, и ты обогатишь свой язык словами и разум мыслями... Пребывай в веселии... Но пусть твое веселие будет лишено грубости и насмешки над окружающими тебя людьми... Самое же главное, никогда не дозволяй себе лгать, даже в малости...

Учись добронравию. Привыкнув, ты будешь совершать одни добрые дела, хотя бы того и не хотелось тебе, ибо дурные будут тебе неведомы.

Помни, сын мой, о благородной крови, которую ты унаследовал от своей матери, и знай, что добродетельная жизнь и добрые дела будут лучшим украшением твоего славного имени" . За исключением сведений о дружбе с поэтом Фулком Гревиллем, однокашником и первым биографом Сидни, у нас нет никаких данных об отношениях Филипа Сидни к Шрюсбери и ученикам во время учения и в дальнейшем. Так же как нам ничего не известно о времени, проведенном Филипом Сидни в Оксфордском университете (более того, существует версия, что он учился не в Оксфордском, а в Кембриджском университете), кроме того, что он пробыл в нем с 1568г.

по 1571 г. и был вынужден его покинуть из-за эпидемии чумы, и еще того, что и в школе, и в университете людьми, близкими Филипу Сидни, его воспитателями и учителями были те, кто исповедовал протестантство, кто был всецело предан науке и преподаванию, кто внушал своим ученикам уважение к великим умам античности. В мае 1572 г. королева Елизавета дала Филипу Сидни разрешение на двухгодичное путешествие на континент для усовершенствования в языках. Это путешествие вместо двух затянулось на три года (он вернулся на родину в июне 1575 г.) и было очень важным для формирования его личности. Снабженный рекомендательным письмом к английскому послу во Франции, Сидни из Англии сразу отправился в Париж, где жил три месяца и стал очевидцем трагических событий Варфоломеевской ночи. Несомненно, что кровавая расправа, учиненная католиками над гугенотами, не могла не оставить след в сознании юноши, и внушавшиеся ему с детства идеи протестантства как бы обрели негативную поддержку. Покинув Францию, Сидни живет в Германии, Италии, где, по некоторым источникам, встречается с великим Тассо, в Венгрии и Польше. К этому времени он уже великолепно владеет французским языком, латынью, знает итальянский и испанский. Итак, одна цель им была достигнута. Но не она, по-видимому, была главной. Старшему сыну сэра Генри, крестнику короля Филипа, племяннику и наследнику лорда Лестера, фаворита королевы Елизаветы, с рождения была предопределена карьера дипломата и воина. Филип Сидни знал об этом и готовил себя к тому, чтобы быть достойным будущего поприща. Много времени он уделял встречам с различными государственными деятелями, изучал политическую, экономическую и религиозную жизнь тех стран, в которых жил. Нужно заметить, что политики, военачальники, ученые и просто знатные люди, с которыми Сидни встречался во время своего путешествия, были, как правило, протестантами. Еще в свой первый приезд во Франкфурт Сидни познакомился с человеком, дружескую привязанность к которому сохранил на всю жизнь, - с французским юристом Хьюбертом Лангетом (1518-1581), о котором он в дальнейшем писал как о человеке "с верным сердцем, чистыми руками и правдивым языком" ("Старая Аркадия", 66). Видный деятель протестантства, пятидесятишестилетний Лангет почувствовал в восемнадцатилетнем мальчике верного соратника, оценил его талантливость и до самой своей смерти оставался ему другом и советчиком. Не исключено, что протестантское окружение Сидни во время этого первого путешествия в немалой степени зависело от влияния на юношу его старшего друга. Интересно отметить следующее: до нас дошли кое-какие сведения о встречах Сидни в 1572-1575 гг. с людьми, которые могли бы в будущем быть ему полезны на королевской службе, но при этом нет ни одного достоверного свидетельства не только о его знакомстве в это время с европейскими литераторами, но даже об его интересе к современной европейской литературе, ни единого упоминания о Сидни как о любителе поэзии. Да и у самого Сидни мы не находим и намека на это. В его письмах этого периода нет стихотворных цитат, тогда как тот же Лангет, например, от случая к случаю цитирует Петрарку. В июне 1575 г. Филип Сидни вернулся в Англию. Завершив свое образование, он рассчитывал начать дипломатическую карьеру. Но пока ему была пожалована должность королевского виночерпия - не прибыльная, однако почетная для молодого придворного. Исполнение ее не отнимало много времени, и так как оно не требовало постоянного присутствия Филипа Сидни в Лондоне, то он подолгу живет у отца в Ирландии. А королева все не обременяет его поручениями. Именно в эти месяцы происходит духовное сближение Филипа с его сестрой Мэри, будущей графиней Пемброук и известной в свое время покровительницей поэтов. Вблизи нее в родовом поместье ее мужа Сидни через несколько лет напишет свою "Аркадию" и, посвятив ее сестре, на многие века прославит имя Мэри Пемброук. А пока они, как мы с достаточной уверенностью предполагаем, читают популярные в ту эпоху и частично переведенные на английский язык греческие, итальянские, испанские книги. Интерес Филипа Сидни к литературе становится серьезнее , но совместные чтения прерываются в 1577 г. В феврале 1577 г. королева Елизавета назначает Сидни послом к императору Рудольфу II и поручает передать императору ее соболезнования по случаю недавней кончины его отца. Одновременно Сидни поручается собрать сведения о том, что думают на континенте по поводу всеевропейской протестантской лиги. Считая войну с католической Испанией неизбежной и необходимой, Сидни с сог
ласия лорда Лестера начал активные переговоры, но королева, всеми силами оттягивавшая решительное сражение, его не поддержала и в дальнейшем целых восемь лет не давала ему никаких официальных поручений. Страдая от вынужденного безделья, Филип Сидни в одном из писем 1578 г. горько жалуется Лангету на то, что его ум начинает "терять силу, слабеть от отсутствия сопротивления, ибо к чему еще стоит прилагать знания и мысли, как не к делу, которое должно служить всеобщей пользе, на что в наш продажный век мы не смеем и надеяться" . И Филип Сидни берется за перо. Королева выразила недовольство деятельностью Генри Сидни в Ирландии, и осенью 1577 г. Филип Сидни пишет не дошедшее до нас "Рассуждение об ирландских делах", в котором поддерживает мирную политику своего отца. Осенью 1578 г. он развлекает королеву пасторалью собственного сочинения "Королева мая". Но эти занятия не дают ему успокоения, он всей душой стремится в Нидерланды, чтобы с мечом в руке бороться там против испанцев, но королева отвечает на все его просьбы решительным отказом. В том же 1578 г. поэт Габриэль Харви издает томик стихотворений, который он преподносит королеве, когда она по дороге в свою летнюю резиденцию останавливается недалеко от Кембриджа. Авторы включенных в том стихотворений были самыми могущественными людьми в королевстве, и среди их имен мы находим имя двадцатитрехлетнего Филипа Сидни. Таким образом Габриэль Харви выразил то отношение к Сидни, которое установилось при дворе после его возвращения из Германии. Для нас же эта книжка замечательна тем, что в ней впервые напечатаны стихотворения Сидни. В 1579 г. Филип Сидни сделал еще одну попытку вмешаться в планы королевы, которая в то время разыгрывала фарс помолвки с католиком герцогом Анжуйским. По совету графа Лестера он написал королеве письмо, в котором убеждал ее отказаться от брака с католиком. За дерзкую попытку давать непрошеные советы по тому же поводу некоему Вильяму Стаббсу отрубили руку, но для высокородного Филипа Сидни никаких видимых неприятностей не последовало. Более того, в ноябре он участвовал в турнире в честь годовщины коронования Елизаветы, а на Новый год, как обычно, обменялся с ней подарками, оставаясь, как и прежде, одним из самых близких к трону людей. Сидни мечтал о политической деятельности, о воинской славе, о создании всеевропейской протестантской лиги во главе с королевой Елизаветой, но все его мечты оставались только мечтами. Тогда, лишенный возможности достижения военной или политической карьеры, он в "свои самые беззаботные годы" обращается к литературе и за пять-шесть лет создает произведения, прославившие его имя в веках. Вильям Ринглер в предисловии к полному собранию поэтических произведений Филипа Сидни писал: "Когда Сидни, отойдя от политики, занялся поэзией, он остался противником привычного положения вещей. Не имея возможности бороться против врагов своей религии за пределами родины, он повел решительную кампанию против литературной отсталости своих соотечественников" . "Аркадия" ("Старая Аркадия" и "Новая Аркадия"), "Защита поэзии", "Астрофил и Стелла" - главные произведения Сидни, значение которых для английской словесности трудно переоценить, - были написаны им между 1578 и 1585 г., и хотя их издание было осуществлено только после смерти автора, они были довольно широко известны современникам. А в ноябре 1585 г. к Сидни пришло то, чего он так долго ждал. Королева Елизавета изъявила желание послать его в Нидерланды, где герцог Оранский возглавил борьбу против испанского владычества. Сидни пробыл на континенте всего восемь месяцев, но своим умом и смелостью он сумел заслужить любовь всех, с кем сводила его судьба. Филип Сидни был ранен в небольшой стычке с испанцами возле города Зутфен и, мужественно снося боль, скончался 17 октября 1586 г. Его тело было перевезено в Англию и с воинскими почестями похоронено в соборе св. Павла. * * * Эпоха Ренессанса приходится в Европе на XIV - начало XVII в. Ренессанс - это "величайший прогрессивный переворот", эпоха социального прогресса, в которой формировались современные европейские нации, "возникла новая, первая современная литература" , отразившая гибель старых феодальных отношений и выдвижение новых социальных сил. Освобождение от гнета религиозных догм, проникновение в духовную жизнь Европы гуманистических идей утвердили представление о человеке как о "существе активном, связанном множеством сложных отношений с другими людьми, зависящем и от таинственных процессов, происходящих в его теле, и от еще более неведомых тайн
его духа... Новое представление о человеке, развивающемся в борьбе противоречий, которые есть и в нем, и в окружающем его обществе, рождалось вместе с первыми проблесками исторического взгляда на действительность, на общество, вместе с тем чувством перспективы, которое уже намечается у писателей и мыслителей XVI в., вместе с чувством ретроспекции, с попыткой заглянуть в прошлое, чтобы понять настоящее и будущее" . Расцвет английской гуманистической литературы наступил несколько позже, чем в других западноевропейских странах, хотя уже в XIV в. "отец реализма" (по выражению M. Горького) Джеффри Чосер (1343-1400) был знаком с итальянской гуманистической мыслью, в частности с поэзией Франческо Петрарки , и творил на подступах к новой эпохе. Хотя последователи Чосера мало что сделали для дальнейшего процветания английской литературы, которая в это время, в сущности, отступила назад, утеряв связь с итальянской литературой Возрождения, XV век стал для Англии периодом накопления классических знаний.

Английские юноши, во множестве отправлявшиеся во Флоренцию и Падую изучать греческий язык, привозили обратно эллинистические воззрения вместе со знанием греческой и римской литератур, которые, таким образом, проникали в Англию в первую очередь при посредничестве итальянцев. Только к началу XVI в. Англией прочно овладели идеи гуманизма. "Утопия" Томаса Мора (1478-1535), посвященная Эразму Роттердамскому (1469-1536), и острые, популярные у современников "Книга о Колине Клауте" и "Книга о воробье Филипе", написанные учеником Эразма - Джоном Скелтоном (1460? - 1528?), отчетливо обозначили приход нового времени в литературу. Столь же важным, как открытие новых земель и культуры античности, стало для этой эпохи познание духовной и эмоциональной жизни человека. То, что раньше входило в обязанности единственно священника, теперь было делом художника и поэта. Однако после смерти Томаса Уайета (1503-1541) и Генри Говарда, графа Сарри (1517?-1547), успешно экспериментировавших с сонетной формой, в английской поэзии наступило затишье, продолжавшееся несколько десятилетий, вплоть до последней трети столетия, т. е. до 1570-х годов. К этому времени англичане уже были хорошо знакомы с творчеством великих итальянцев, а также с достижениями современной французской, итальянской, испанской поэзии. Зрела необходимость коренных перемен и в английской поэзии. В Лондоне по примеру, вероятно, французской "Плеяды" было основано общество во главе с Филипом Сидни, которое Габриэль Харви окрестил "Areopagus" и о котором мы, к сожалению, ничего не знаем. Членами его, помимо Филипа Сидни, были, по-видимому, Габриэль Харви (1545?-1630), Эдмунд Спенсер (1552? - 1599), Фулк Гревилль (1554-1628), Эдвард Дайер (1543-1607). Вполне возможно, что, сходясь вместе, они обсуждали политические и религиозные проблемы, проблемы государственной власти и допустимости восстания против правителя, облеченного королевской властью. Несомненно одно: все они стояли у истоков новой поэзии, исследуя пути, до сих пор ей не известные. "Защита поэзии" Филипа Сидни - это скорее всего теоретический манифест, философско-эстетическое кредо создателей новой английской поэзии, отчасти напоминающее "Защиту и прославление французского языка" (1549) И. Дю Белле, крупнейшего представителя "Плеяды". И если, как пишет И. Ю. Подгаецкая, "для ренессансных деятелей поэзия включает и ее теорию, а теория поэзии сама по себе строится как поэтическое произведение" , то трудно найти лучшее подтверждение этой мысли, чем "Защита поэзии", "Астрофил и Стелла" и "Новая Аркадия" Филипа Сидни. Самые тесные узы связывают эти три произведения, из которых цикл сонетов , "Астрофил и Стелла" и незаконченная вторая версия романа, получившая название "Новая Аркадия", являются "естественным" (по выражению Дю Белле) художественным воплощением доктрины автора , так же, впрочем, как и сама поэтика. Главную задачу поэзии Филип Сидни видел в ее положительном воздействии на людей: "...создание Кира как особенного совершенства может быть доступно и Природе, но только Поэт может показать его миру так, чтобы явилось много подобных Киров, пусть только увидят они воочию, зачем и как создавал его создатель" . Он считал необходимым для поэта "творить" идеальный персонаж, но чтобы читатель поверил в его идеальность, надо провести его по трудному пути совершенствования, как о том вполне определенно сказано им в "Новой Аркадии": "... хотя дороги дурные, конец путешествия самый приятный и достойный" (кн. 1). В то же время не меньшее внимание Сидни уделяет форме поэтического произведения, требуя от поэтов не только знания приемов поэтического выражения, но и умения этими приемами пользоваться, чтобы "творимый" автором персонаж, или, по терминологии Сидни, "говорящая картина Поэзии", не стал "доктриной без естественности" , от чего за тридцать лет до Сидни предостерегал еще И. Дю Белле. * * * В 108 сонетах и 11 песнях сонетного цикла "Астрофил и Стелла", написанных в промежуток между 1581 и 1583 г. и изданных впервые лишь в 1591 г., рассказывается о любви молодого придворного Астрофила (что означает: Влюбленный в звезду) к замужней даме Стелле (что означает: Звезда). Прежде чем перейти непосредственно к сонетному циклу, мы восстановим некоторые события второй половины 70-х годов, непосредственно касающиеся Филипа Сидни и Пенелопы Деверекс, которых современники не без оснований считали прототипами Астрофила и Стеллы. В 1576 г. в Ирландии скончался лорд Эссекс. За четыре дня до своей смерти он выразил желание, чтобы его дочь Пенелопа, которой в ту пору минуло тринадцать лет, сочеталась браком с Филипом Сидни.

Если домашнее задание на тему: » Володарская – Первый английский цикл сонетов и его автор оказалось вам полезным, то мы будем вам признательны, если вы разместите ссылку на эту сообщение у себя на страничке в вашей социальной сети.