Как учиться эффективно?

В последнее время у меня просят дать различные советы по поводу учебы и организации учебного процесса в целом. За годы обучения в школе и два года в институте я смогла определить для себя «что», «как», «когда».

1. Конспект
Залог успешного обучения, способность структурировать данный вам материал.
Всё, что вам надо сделать, определиться с тем, какой тип ведения конспектов вам подходит больше всего: списки, схемы или сплошной текст.
Дело в том, что почти любое понятие включает в себя составные части. Когда будете запоминать информацию, написанную в тетради, вы будете помнить, что «что-то» состоит из, скажем, 5 пунктов. Следовательно, если на самостоятельной работе вы указали только 3, то будете знать, что что-то забыли.
Важно: Списки подходят для перечисления, схемы для указания составных частей.

Международный бакалавриат

Диплом Международного бакалавриата - выпускной экзамен в средней школе, признанный во всем мире. Студенты с лучшими результатами часто могут стать студентами даже таких университетов, как Гарвард, Оксфорд или Кембридж, без вступительных экзаменов или начать обучение в Китае.

Мир будущего. Образование. Технологии

С каждым днем события ближайшего будущего поражают нас все больше и больше. Если так и дальше пойдет, что же произойдет через несколько столетий, а-то и тысячелетий.
Я уверена до трех тысячного года технологии достигнут новых вершин. Человечество раскроет множество тайн природы, сможет объяснить принцип действия различных аномальных явлений и самое главное, найдет способ предотвращения тех проблем, которые считаются неизбежными в настоящем времени. Но все по порядку.
Я считаю, что за это время во всем мире кардинально изменятся лишь шестеро вещей.
Первое, люди наконец-то смогут преодолеть гравитацию. Появятся энергонезависимые, летающие машины. Они будут доступны не только для богатых или знаменитых, высокопоставленных людей, но и для простого народа. Также с помощью таких эффективных и экономичных средств передвижения, в будущем мы сможем достигать пункта назначения за считанные секунды, невзирая на погодные условия.
Второе, крупные изменения в сфере моды. Этим конечно никого не удивить, так как, каждую секунду мода расширяет свои границы, вновь и вновь доказывая, что не собирается стоять на одном месте. Именно поэтому, я считаю, что уже завтра люди изменять свое мнение и начнут использовать инновационный материал для создания практичной и универсальной одежды. Все украшения и ювелирные изделия отойдут на второй план. Ведь их места займут современные технологии, помогающие во всевозможных ситуациях. Благодаря такому подходу, человечество раз и навсегда забудет о не выводимых пятнах, потере цвета любимых вещей и многих других неудобствах трендовых нарядов.
Третье, развитие точных и гуманитарных наук. Приведу пример: каждый человек узнает о своих корнях и обобщенное человечество раскроет секрет появления жизни на земле. Тайны космоса станут явью. Великие открытия позволят нам найти ответы на те вопросы, над которыми трудились лучшие профессора со всего мира. Изменится абсолютно все! Начиная от самого понятия сути жизни и заканчивая на молекулярно-генетическом уровне.
Четвертое, люди создадут лекарство ото всех болезней. Иммунитет обычного среднестатистического человека в будущем будет намного сильнее. Их генномодифицированный организм будет способен противостоять даже самым опасным вирусам на данный момент.
Пятое изменение — это развитие городской жизни, возможно исчезновение поселков и маленьких городков. Когда меня спрашивают о будущем, я сразу же представляю огромный город, сделанный полностью из металла серебристого оттенка. Возможно это будет железо или никель, а то и радий. Но не в этом суть. Главное то, что дома, построенные на лад современной индустриализации, будут компактны снаружи и просторны внутри. Такого эффекта мы сможем добиться благодаря их необычной полукруглой форме и высоте постройки. Точнее фундамент здания будет находиться в воздухе, закрепленными на специальных начальных постройках. Исходя из четвертого пункта можно легко догадаться, что процент рождаемости резко увеличится в несколько раз. При таком количестве народа вполне возможен так называемый дефицит жилых помещений. Чтобы предотвратить эту проблему, мы и будем использовать данный метод реализации домов. Ведь, благодаря креплению, выполненному на основе этого приема мы сможем уместить как можно больше домов на одном и том же месте. Как? Спросите вы. Секрет в том, что дома будут находиться друг над другом, при этом имея лишь одну точку соприкосновения (столб, служащий опорой самому фундаменту). А проходом между этими домами послужат лестницы, лифты или новейшие изобретения человечества. К примеру, вполне вероятно, что к тому времени изобретут антигравитационные кабины (первый пункт) на основе которых для детей и подростков создадут новейшие экстремальные, спортивные принадлежности (водные велосипеды, воздушные скейтборды и т.д.), для домашних любимцев автоматические перевозки, а для старшего поколения безопасные проходы между несколькими сооружениями.
И самый последний, самый захватывающий этап моего эссе – это изобретение вечного двигателя. Благодаря этому аппарату, экономические проблемы многих стран сойдут за нет. Весь мир наконец-то сможет вздохнуть полной грудью. Ведь, больше никому не нужно будет экономить энергию или волноваться о завтрашнем дне. Все города, страны и континенты обретут то, чего им так не хватало. Самое главное, люди перестанут портить широкие долины, густые леса и высокие горные породы ради добычи полезных ископаемых, которые в скором времени должны будут стать источником временной энергии. Кроме того, только представьте какие возможности откроются перед нами. Мы сможем воплотить все наши идеи и задумки в реальность, все то, о чем раньше и не могли мечтать будет постепенно реализовываться, просачиваться в реальный мир. Одним словом, можно сказать, что такой тип двигателя внесет свой вклад в абсолютно все сферы деятельности. Например, даст возможность проводить множество экспериментов, требуемых большое количество энергии с целью создания изобретений или проверки их функциональности.
Если хорошенько подумать, то и вправду все достижения великих людей являются лишь первыми шагами к более совершенствованному миру. Я могу смело заявить, что следующая ступень эволюции всего человечества на прямую будет связана с изучением искусственного интеллекта. Совсем скоро наступит эра робототехники…

Обзор спортивной обуви

Хорошая погода способствует продолжительным прогулкам и физической активности. Мы более охотно занимаемся спортом, а для езды на велосипеде, бега или прогулки с домашним животным требуется подходящая обувь - от кроссовок до профессиональных кроссовок. Посмотрим, что предлагают модные и удобные бренды обуви https://shoessport.com.ua

Что такое экологическая медицина

Клиническая экология (так называемая экологическая медицина) диагностирует и лечит заболевания, непосредственно вызванные факторами окружающей среды. Какой тип заболевания может быть вызван окружающей средой? Какие задачи выполняет экологическая медицина на уровне общественного здравоохранения и индивидуального ухода?
Что такое клиническая экология?
Клиническую экологию иначе называют экологической медициной. Это медицинская дисциплина, основанная на предположении, что окружающая среда влияет на здоровье человека. Все виды загрязнений, химических веществ и пестицидов ослабляют иммунную систему человека, что делает его склонным к аллергии и многим другим заболеваниям.
По данным клинических экологов, около 30% людей страдают от заболеваний, связанных с окружающей средой.
Экологическая медицина использует знания из многих областей науки, особенно в области экологии, социологии, психологии, эпидемиологии и токсикологии. Здесть вы можете заказать перевод медицинских документов москва.

Джордж Мередит, видный романист часть II

Джордж Мередит (1828—1909) родился в Портсмуте. Дед и отец его были портными, держали в этом портовом городе мастерскую и поставляли флотское обмундирование. Мать Мередита — дочь портсмутского трактирщика — умерла, когда ее единственному сыну исполнилось пять лет, Мередит посещал местную школу, год провел в пансионе. По его признанию, начальное образование принесло ему мало пользы. Четырнадцати лет Мередит отправился в Германию и поступил в школу моравских братьев в Нейвиде, на Рейне, неподалеку от Кобленца. Двухлетнее (1842—1844) пребывание в Германии оказало на него заметное влияние. Он не остался безразличен к подъему гражданских чувств среди прогрессивно настроенных немцев в предреволюционные годы.
С увлечением изучал Мередит немецкую литературу (в особенности Гете и Жан-Поля Рихтера), а также и французских классиков. Семейные обстоятельства и материальные затруднения помешали Мередиту получить университетское образование. Вернувшись в Англию, он поступил в ученье к адвокату, который поощрял его литературные интересы. В 1849 г. Мередит был представлен Диккенсу и, по-видимому, по его рекомендации опубликовал свое первое стихотворение. В 1850 г. в журнале «Домашнее чтение», который тогда стал выходить под редакцией Диккенса, было напечатано несколько стихотворений молодого поэта. В 1851 г. появился сборник его стихотворений.
В 1855 г. вышло из печати первое прозаическое произведение Мередита — фантастическая повесть «Бритье Шагпата», а с 1859 г. последовали один за другим его романы.
Перу Мередита принадлежат тринадцать романов (четырнадцатый, «Кельты и саксы»— 1910,— остался незаконченным), несколько повестей, поэм, много стихотворений. Свои эстетические взгляды он полнее всего изложил в «Этюде о комедии».
Мередит работал и в области журналистики. В 60-х годах он был постоянным сотрудником консервативной газеты «Ипсвич джорнэл», в 1866 г.— корреспондентом «Морнинг пост» в Италии.
В течение тридцати пяти лет, начиная с 1860 г., он был редактором-консультантом издательства Чепмен и Холл и оказал значительное воздействие на литературную жизнь Англии конца XIX в. Это издательство в 1885—1887 гг. выпустило первое собрание романов Мередита. Первое собрание его сочинений (в 36 томах) выходило с 1896 по 1911 г. Некоторые произведения, в особенности роман «Испытание Ричарда Февереля», вышли в этом издании с исправлениями автора.

Джордж Мередит, видный романист часть I

Мередит наследует в лучших своих произведениях реалистические традиции английского классического романа. Он, в частности, выступает с критикой снобизма, создавая галерею снобов-аристократов и буржуа (графиня де Салдар в «Ивэне Хэррингтоне», Ричмонд Рой в «Гарри Ричмонде», Уиллоуби Паттерн в «Эгоисте» и др.)» обличает эгоизм и лицемерие как типические черты психологии собственников. Мастер психологического романа, Мередит в период подъема своего творчества освещает острые проблемы современности.
Психологический анализ он применяет для критики ложных идей и фальшивых чувств, а также для изображения внутренней борьбы и роста сознания тех своих героев, которые не хотят мириться с косностью и предрассудками буржуазно-аристократической среды. Стремясь передать многообразие, сложность и противоречивость душевных движений, романист совершенствует и разнообразит приемы психологической характеристики.
Критика действительности связана у Мередита с верой в неизжитые возможности буржуазной демократии. Это представление, однако, вступает в противоречие с его собственными наблюдениями над реальным соотношением общественных сил и партий в современной ему Англии. Взывая к буржуазной революционности прошлого, писатель не склонен заблуждаться относительно перспективы ее возрождения; он видит измельчание и опошление буржуазной идеологии. В его обличениях — обычно умеренных — чувствуется демократическая основа.
Произведения Мередита воодушевлены гражданским пафосоми романтическим подъемом именно в тех — сравнительно редких — случаях, когда писатель улавливает отзвуки народного протеста (таков образ итальянки Эмилии Беллони, воплощающей непобедимый дух народно-освободительного движения, отчасти — образ «радикала» Невиля Бьючемпа, образ старого чартиста из одноименного стихотворения и др.) Но в то же время Мередит опасается народной революции. Отсюда его апелляция к аристократии, к прошлому, идеализация патриархальных добродетелей старой Англии.
Мередит — писатель сложный и противоречивый. Он во многом близок реалистам своего времени, но он — «дитя реализма, поссорившееся со своим отцом» х.
Это замечание одного из уайльдовских персонажей не лишено истины. Мередит начал писать одновременно с Джордж Элиот, в период «мирного процветания» английского капитализма. Его первый роман «Испытание Ричарда Февереля» вышел в 1859 г. — в том же году, что и первый роман Элиот «Адам Бид». Мередит перестал писать романы в одно время с Томасом Гарди, именно в ту пору, когда английский капитализм переживал острый кризис. Последний роман Мередита «Странный брак» и последний роман Гарди «Джуд Незаметный» были опубликованы в 1895 г. Как ни случайно это совпадение в датах, оно знаменательно.
По силе литературного дарования Мередита можно сравнить с Элиот и Гарди. Однако он уступает им, в особенности Гарди, в степени и глубине положительного воздействия на читателя и на развитие английской литературы.
Романы Мередита, как правило, не рассчитаны на широкого читателя. Его повествовательные приемы сложны и изощренны; в поздних сочинениях Мередита психологический анализ нередко становится самоцелью.
И все же лучшие произведения Мередита представляют не только историко-литературный интерес и заслуживают внимания не только узкого круга читателей.
Почти все значительные романы Мередита, в том числе «Карьера Бьючемпа» и «Эгоист», были переведены на русский язык вскоре после их выхода в свет. Роман «Эмилия в Англии» был опубликован в приложении к некрасовскому «Современнику» (1865).

Рёскина и его социально-утопическая программа

Противоречивый, непоследовательный характер социально-утопической программы Рёскина, в которой антикапиталистический пафос и внимание к нуждам народа переплетаются с ретроградными идеями преобразования общества на старофеодальный лад,— особенно очевиден из сопоставления его взглядов с идеями В. Морриса, которого нередко называют учеником Рёскина.
Моррис сам признавал ту важную роль, которую сыграли в его развитии взгляды Рёскина. Однако с течением времени Моррис все глубже понимал, как резко расходятся их конечные выводы. Широко пропагандируя мысль автора «Политической экономии искусства», что капиталистический строй враждебен культуре, что труд из радости превратился в повинность, Моррис-социалист приходил к совершенно иным философски-историческим выводам.
После смерти своего отца (1864) Джон Рёскин получил значительное состояние и обратился к осуществлению своей заветной мечты — созданию гильдии св. Георгия — прообраза земледельческого государства. Сам он обязался ежегодно жертвовать десятую часть своего дохода на нужды этого братства и призывал последовать этому примеру всех честных людей, обладающих достатком. Гильдия св. Георгия должна была явиться, по мысли Рёскина, первым опытом создания земледельческих общин, где будет обеспечен здоровый труд. Членам гильдии предстояло осваивать пустующие земли, заниматься ремеслом (в том числе и художественным); они должны были быть избавлены от калечащего воздействия машинной индустрии (во всяком случае, предполагалось использовать только машины, приводимые в движение естественными силами природы, а но паром).
Гильдия св. Георгия, организации которой Рёскип отдал много сил и средств на протяжении 70—80-х годов, оказалась мертворожденным детищем. Дело не столько в том, что начинание Рёскина, естественно, не было поддержано доброхотными пожертвованиями «честных капиталистов», как с горечью констатировал через три года сам Рёскин. Утопический план Рёскина уводил английский пролетариат с пути революционной борьбы на путь мечтаний о воскрешении добуржуазной аграрной Англии.
Гораздо более успешной оказалась организация Рёскином в середине 70-х годов музея в Шеффилде. Он с большим тщанием собирал картины, модели, книги, изделия искусного ремесла с целью дать поучительное зрелище народу.
Последние десять лет жизни Рёскин, будучи тяжело больным, провел в сельском уединении, затворником, чьи «чудачества» буржуазные идеологи, видевшие в нем опасного противника, старались изгладить из людской памяти.
Прогрессивные стороны учения Рёскина — его вера в простого человека, культ творческого, раскрепощенного труда, обязательного для всех членов общества, его смелый вызов буржуазной Англии — пользовались большой популярностью в рабочей среде.
Сильные стороны учения Рёскина высоко ценили и развивали видные деятели социалистического движения в Англии 80—90-х годов — В. Моррис, Том Манн.
Вильям Моррис издает в начале 1892 г. брошюру Рёскина «О природе готики» со своим предисловием. Он подчеркивает мысль Рёскина, что при капитализме труд стал тяжелой обузой, а рабочий-творец превратился в придаток машины. И Моррис делаег из слов Рёскина естественно напрашивающийся вывод, что необходим такой общественный строй, при котором освобожденный труд станет наслаждением для человека.
Том Манн пишет в своих воспоминаниях, что, ведя социалистическую агитацию, он охотно цитировал Рёскина, в частности предисловие к книге «Последнему, что и первому», где говорится об обязанности государства создавать для рабочих человеческие условия жизни, и особенно 89-е письмо «Гог8С1ау1ега», где Рёскин объявляет о своем отказе обращаться к богатым и ученым, к которым он бесплодно взывал в течение семи лет. Манн приводит также обращение Рёскина к рабочим: «Что вы говорите о заработной плате? Разве всё богатство мира не вам принадлежит? Кто его создал? Или вы никогда не будете протестовать, что вами созданное богатство потребляют праздные люди и что над вашей добродетелью смеется порок?». «Сотни раз,— пишет далее Том Манн,— я клал ту или иную часть этой цитаты в основу моей речи по вопросам о положении Англии».
Выше уже говорилось, что вопросы искусства еще с начала 60-х годов отошли для Рёскина на второй план по сравнению с социально-реформаторскими проблемами. Но в последний период своего творчества Рёскин выступает и как художественный критик. В искусствоведческих работах этого времени, таких как «Лекции об искусстве» (1870), «Гнездо орла» (1872), «Прекрасное и безобразное в художественном творчестве» (,1880—1881), «Английское искусство» (1883) и других, Рёскин продолжает линию, начатую его «Современными художниками».
Важно отметить, что Рёскин по-новому говорит теперь о назначении искусства: он отказывается от своего прежнего представления о неспособности «толпы» понять шедевры искусства, доступные лишь «избранным».
Неслучайно поэтому стиль поздних произведений Рёскина отличается еще большей, чем прежде, простотой, доступностью, ясностью. Многие страницы «Гогз С1ау1ега» носят характер самого непринужденного разговора с читателем. Рёскин вновь возвращается к трудным пунктам своего учения, отвечает на недоуменные вопросы читателей, рассказывает о своих планах и трудностях их осуществления. Характерно и то, что, переиздавая сочинения прежних лет, Рёскин не раз указывает в предисловии на их засоренность «красивыми» словами. Так, в 1880 г., в предисловии к новому изданию «Семи светильников», он отмечает, что идеи этого сочинения не потеряли своей ценности, но книга все же «перегружена риторической позолотой и смысл ее тонет... в потоке слов».
Задача художественной критики, как понимает ее теперь Рёскин,— «сделать доступным беднейшим классам все великое и доброе в искусстве».
Именно эту сторону эстетического учения Рёскина, в которой проявляется его народность, высоко пенит в нем передовая английская критика. Критик-марксист Т. Джексон в рецензии на издание избранных сочинений Рёскина, вышедшее в США, подчеркнул, что первейшая заслуга Рёскина как художника состоит в том, что он стремился быть понятным простым людям.
Попытки утопического решения вопросов, стоявших перед Рёскиным, были, как замечает критик, обречены историей. И все же «наилучшее доказательство правоты Рёскина по существу заключено в судьбе, которая постигает всякое искусство, не следующее по указанному им пути», т. е. по пути сближения с народом.

Политические взгляды Рёксина и как они отражены в его творчестве часть VI

Рёскин получал множество писем от рабочих, горячо взволнованных его смелыми высказываниями, ждавших от него совета и участия. Часть этих откликов или вопросов со своими ответами он опубликовал в приложениях к своей книге.
Сближение Джона Рёскина с народом способствовало углублению его недоверия к широковещательным речам о британском «процветании», характерным для того времени, когда Англия сохраняла еще монопольное положение на мировом рынке.
В первых томах, относящихся к началу 70-х годов, писатель неоднократно приводит выдержки из газет, где утверждалось, что Англия утопает в изобилии жизненных благ, что деньги льются щедрым потоком на тружеников этой благословенной страны. Рёскин вносит «небольшое» уточнение в эти славословия, ядовито замечая, что деньги «дождем низвергаются... на бездельников и падают скупыми каплями... на подлинных тружеников».
Он приходит к глубокому убеждению, что существующий социальный порядок не заслуживает никакого доверия, что протест рабочего класса против капиталистического рабства закономерно порождается бесчеловечием этого строя.
Показательно его отношение к парижским коммунарам. Первые письма были написаны в ту пору, когда весь мир с напряженным вниманием следил за восставшим Парижем. Рёскин не оказался среди тех, кто злорадствовал по поводу разгрома Коммуны и воцарения «порядка» и «спокойствия». Не одобряя крутых мер коммунаров, даже доверяясь подчас порочащим их слухам, Рёскин всё же находит оправдание самому факту восстания парижского пролетариата в ужасающих, античеловеческих условиях жизни рабочих.
«Знаете ли вы... сколько отцы и отцы отцов этих людей переплатили своим священникам за эти блюда и канделябры?»— восклицает Рёскин, отвечая тем, кто обвинял коммунаров в расхищении церковной утвари. Рёскин оговаривается, что он не призывает насильно отбирать церковное имущество, но сурово осуждает корыстолюбие духовенства.
Рёскин отдает себе отчет в классовом характере совершающихся событий: он приходит к пониманию непримиримости интересов пролетариата и капиталистов.
«Настоящая война в Европе, прелюдией к которой является парижская резня, есть война между капиталистами и тем рабочим, каким они его сделали. Они держали его в нищете, в невежестве, погрязшим в грехе, чтобы иметь возможность обманом отбирать в свою пользу продукты его труда. Но, наконец, проблеск сознания пробудился в нем относительно истинного положения дел, и вот они встречаются лицом к лицу с этим рабочим, каким они его сделали, и встретятся еще не раз».
В тех же письмах к рабочим он излагает свой утопический план реорганизации общественного строя Англии посредством создания земледельческих союзов.
Себя Рёскин в эту пору причислял к коммунистам «старой школы» (в отличие от парижских коммунаров, которых он называл коммунистами «новой школы»); одним из виднейших представителей коммунизма «старой школы», который насчитывает, по его словам, уже три тысячелетия, он называет автора «Утопии»— Томаса Мора.
Коммунизм, по мнению Рёскина, заключается, прежде всего в том, что каждый должен трудиться на благо общества и тем самым заслужить право на получение простейших благ. Как и Мор, Рёскин выступает против сиятельных тунеядцев, объявляя общественный труд основой благосостояния нации.
Затем, продолжает Рёскин, развивая идеи Томаса Мора, все общественные ценности должны стать достоянием всего общества, а не частных лиц. Нельзя мириться с тем, что рабочий и крестьянин, трудом которых создано национальное богатство страны, лишены прав на орудия производства и систематически обделяются при распределении богатств.
«Земля должна принадлежать тем, кто может ее обрабатывать, а орудия производства — тем, кто может работать ими»,— не раз заявлял Рёскин.
Однако «коммунистические» идеалы Рёскина тесно переплетены с феодально-реставраторскими идеями. Он зовет к «опрощению», ликвидации городов, созданию земледельческого государства (и в этом он опирается на слабую, исторически ограниченную сторону учения Мора). Сама критика частной собственности у Рёскина оказывается непоследовательной, так как он обращается к рабочим и крестьянам с призывом стать «маленькими помещиками» и «маленькими капиталистами».

Политические взгляды Рёксина и как они отражены в его творчестве часть V

Эмоциональная стихия книг Рёскина нередко оказывается сильнее их рассудочной стороны. Увлеченный своими образами, он порой отвлекается от собственной логической схемы и воздействует на читателя не столько последовательностью силлогизмов, сколько яркостью примеров, страстной убежденностью своей проповеди. Стиль его публицистики в этом отношении, напоминает манеру Карлейля;
Обращение Рёскина к общественной проблематике отразилось и на особенностях его стиля. Тон дидактического кабинетного поучения, который чувствовался в его ранних книгах, сменяется живым непосредственным обращением к читателю, переходящим в своеобразную беседу. Рёскин находит ту жанровую форму, которая отныне станет излюбленной и наиболее характерной для его творчества — форму лекций, естественно предполагающую живое общение с аудиторией.
Так, Рёскин, обращаясь к своему видимому или лишь подразумеваемому собеседнику (в зависимости от того, произносилась эта лекция или была только напечатана), прямо бросал1 в лицо английской буржуазии обвинения в эгоизме, мелочной
(расчетливости, фарисействе, предпочтении материальной выгоды искусству. При этом он тут же убедительно парировал возражения, которые могли возникнуть у его шокированных слушателей.
Стремясь к широкой популярности своих произведений, Рёскйн избегает риторических прикрас, часто встречавшихся в его ранних искусствоведческих работах, и старается писать ясным, доступным народу языком. Характерно и то, что отны-ле он широко пользуется материалами из газет, зачастую сталкивая документальные свидетельства о жизни народа и жизни высших классов.
Усиление социально-критической, обличительной линии творчества Рёскина обогащает его литературную публицистику. Рёскйн выступает как публицист-сатирик, выразительно запечатлевший облик буржуа «деловитейшей из стран», который продал свою душу пользе, выгоде, факту. Смелость и меткость сатирической характеристики Рёскина повергали в смятение «верхи» нации, которым он адресовал обвинения в торгашестве, в презрении к искусству. Не случайно 6 мая 1869 г. он пишет .матери, что с увлечением читает книгу о жизни Свифта; перечитывая «Путешествия Гулливера», он находит, что очень во многом его мнения совершенно совпадают со взглядами Свифта.
Смелые выступления Рёскина против целой системы наукообразных аргументов буржуазных теоретиков, которые оправдывали социальную несправедливость, увековечивали господство собственников и попирали достижения национальной культуры, были крайне враждебно встречены английской буржуазией. Естественно, что Рёскйн все чаще и чаще начинает обращаться к народу, понимая, что судьбы нации прежде всего связаны с судьбами простого народа.
Характерно, что если лекции Рёскина 60-х годов предназначались для всех классов общества, то крупнейшее произведение последнего периода его творчества. Письма к рабочим и труженикам Великобритании» (1871—1884) обращены только к людям из народа, о чем свидетельствует подзаголовок книги, и представляет собой живую беседу Рёскина с людьми труда, выражение его раздумий, планов, его советы и поучения, его чистосердечную исповедь.