Якубинский. — Ф. де Соссюр о невозможности языковой политики

Л. П. Якубинский Ф. ДЕ СОССЮР О НЕВОЗМОЖНОСТИ ЯЗЫКОВОЙ ПОЛИТИКИ (Якубинский Л. П. Избранные работы. Язык и его функционирование. - М., 1986. - С. 71-82) «En un certain sens on peut parler à la fois de l’immutabilité et de la mutabilité du signe (linguistique)» «В известном смысле можно одновременно говорить о неизменяемости и изменяемости языкового знака» . Это замечание Соссюра издатели его «Курса» — Балли и Сешей — сопровождают следующим примечанием, разрушающим, кстати сказать, его кажущуюся «диалектичность»: «Было бы ошибочно упрекать де Соссюра в том, что он, приписывая языку два противоположных качества, иллогичен или парадоксален; противопоставлением двух броских выражений («deux termes frappants») он хотел только крепко подчеркнуть ту истину, что язык преобразуется без того, чтобы говорящие могли его преобразовывать. Можно также сказать, что он недосягаем (intangible), но и. неизменяем (inalterable) » . Примечание Балли и Сешея совершенно правильно характеризует позицию Соссюра: у него действительно в первом случае идет речь о невозможности для говорящих изменять язык, во втором — об изменяемости языка во времени. В этой статье нас будет интересовать первый случай. Формулировки Соссюра в этом отношении не вызывают никаких сомнений: он говорит, что «исключено всякое лингвистическое изменение, общее и внезапное» , он утверждает, что «языковый знак ускользает от нашей воли» . Начиная главу «Immutabilité et mutabilité du signe», Соссюр высказывается следующим образом: «Если по отношению к понятию, которое оно представляет, "значащее" (le significant) является как бы свободно избранным, наоборот, по отношению к лингвистическому обществу, которое его употребляет, оно не свободно, оно предписано. Общественная. масса нисколько не спрошена и,,значащее", избранное языком (?), не могло бы быть замещено другим. . . Не только индивид был бы неспособен, если бы он захотел модифицировать в чем бы то ни было выбор, который был сделан, но сама масса не может проявить свою верховную власть ни над одним словом; она привязана к языку такому, каков он есть (elle est liée à la langue telle quelle est)». «Знак (языковой) непреложен, т. е. противодействует всякой произвольной подстановке» . «Никакое общество не знает и никогда не знало языка иначе, как продукт, унаследованный от предшествующих поколений, продукт, который нужно брать таким, какой он есть (à prendre tel quel)» . Мысль Соссюра, таким образом, совершенно ясна; при этом необходимо особо отметить, что Соссюр говорит о недосягаемости языка не только для индивида, но и для массы говорящих, для коллектива . Таким образом, концепция Соссюра сводится к тому, что язык изменяется во времени по объективным причинам, самый же субъект языка — носитель языка — языковой коллектив не участвует в этом изменении, его роль чисто пассивная, он «привязан» к языку такому, какой имеет, и выйти за пределы унаследованной системы не может. Положение Соссюра о недосягаемости языка для говорящих представляется весьма важным не только как одно из положений теоретического языковедения вообще и не только как одно из основных положений научной системы Соссюра, с которым он сам связывает такие кардинальнейшие вопросы, как невозможность, по его мнению, революции в языке или неправомерность самой постановки вопроса о происхождении языка . Положение Соссюра о недосягаемости языка для говорящих в высшей степени важно еще и потому, что, если Соссюр прав, то невозможно организованное вмешательство общества в языковый процесс, организованное руководство этим процессом, невозможна языковая политика. Здесь чисто теоретическая, философская проблема перерастает (как это, впрочем, и закономерно) в проблему общественно-политической значимости. Для каждого из нас представляется нелепым самый вопрос: возможна ли языковая политика? Невозможность языковой политики обозначала бы для нас ненужность и методологическую невозможность самой науки о языке. Если Соссюр прав, то к языковедению, оказывается, неприменим очень известный, но и очень хороший совет Маркса философам — не только изучать, но и преобразовывать мир. Всуе «писать законы» развития языка, если их нельзя «исполнять» в соответствующей практике. Вопрос, задаваемый каждой научной дисциплине нашей молодежью: «Для чего это надо?» — в своей философской сущности законнейший и необходимейший вопрос. Соссюр отвечает на него: «Ни для чего», во всяком случае не для того, чтобы изменять, преобразовывать, организовывать «недосягаемую» для нас конкретную языковую действительность; во всяком случае, те пятнадцать с лишком стр

  
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Очерки и сочинения по русской и мировой литературе