Цыганская речь у Л. Н. Толстого и Н. С. Лескова

В. В. Шаповал ЦЫГАНСКАЯ РЕЧЬ У Л. Н. ТОЛСТОГО И Н. С. ЛЕСКОВА (Реальность - литература - текст. - Калуга, 2007. - С. 233-238) Филологическое прочтение художественного текста предполагает внимание к каждой детали: "Одно дело - прочесть "Войну и мир" Л. Н. Толстого, не зная французского языка и довольствуясь подстрочными переводами, другое дело - прочесть весь толстовский текст, в том числе французские диалоги и письма" .

Особенно это важно, если речь идет о малоизученном языке. К сожалению, даже в известных академических изданиях "встречи" Толстого с цыганским языком не всегда получали детальные разъяснения. Комментарии обычно отсутствуют, иногда представляются неудовлетворительными. Так, в письме брату Сергею и Маше Шишкиной Лев Николаевич писал: "По Цыгански я совсем забыл <...> Однако помню камамату и говорю его тебе от души" (№ 52 от 23 декабря 1851 г. [Т. 59: 132]). В комментарии к письму цыганская фраза сегментирована и переведена: "камама ту" - по-цыгански: люблю тебя .

Однако следует заметить, что сегодня в России не зафиксировано такого цыганского диалекта, где бы Камам тут, камав туд звучало так, как написал Толстой: форма kamama 'хочу, желаю' была отмечена на Балканах .

Цыганская фраза в письме Сергея Николаевича (ответ от 11 декабря 1850 г. на № 34 Л. Н. Толстого) не получила в полном собрании сочинений объяснения. Вот эта фраза в контексте: "Напиши мне об себе поподробнее как всё - Шукр или! Пашукр? требицы или На ловы?". Комментарий таков: "В цыганских словах <...> гр[аф] С. Н. Толстой что-то напутал, и перевести их не удалось" .

Трудно представить, чтобы брат писателя, многие годы друживший с московскими и тульскими цыганами и в конце концов обвенчавшийся с цыганкой М. М. Шишкиной 7 июня 1867 г., что-то напутал.

В целом смысл фразы таков: "Напиши мне об себе поподробнее как всё - Прекрасно или! не прекрасно? нужненько или Нет денег?" Опять же есть отличие от современных цыганских диалектов России: угадывается начальное ударение. Что касается Пашукр, то это вряд ли Нашукар 'не прекрасно' с неверно прочитанной публикаторами первой буквой, хотя и такое прозаическое объяснение не исключается абсолютно. Скорее всего, перед нами индивидуальный макаронизм Пашукр, где начальное Па- - это французская отрицательная частица Pas- .

Интерес к цыганам отразился в разных текстах Толстого: и в письмах, и в дневнике, и в "Двух гусарах" .

Однако цыганские фразы и слова встречаются только в двух произведениях Л. Н. Толстого.

Оба они при жизни автора не публиковались и сохранились в ряде вариантов в рукописях. В отличие от переписки с братом, в них представлен цыганский диалект, в общем-то тождественный "московскому". Повесть "Как гибнет любовь" ("Святочная ночь"): "Ей, Чавалы! Отпханьте, Чавалы!", "Ну ладно, ладно, Габаньте" .

Толстовское написание с прописной буквы обращения к цыганам-мужчинам Чяв-ал-э указывает на то, что он считал это слово этнонимом типа Цыгане; Отпханьте (точнее: *от-пханд-эн-те) - 'откройте'; Габаньте - 'пойте' (редкая форма с перестановкой согласных, обычно: Бага-н-те. В "Живом трупе" цыганские сцены занимают картину 2-ю первого действия: Чавалы

(см. выше); Барарай и Барорай - букв.

'большой барин' .

В процессе работы над текстом и последний цыганизм из реплики цыгана переместился в реплику Феди Протасова, что соответствует общему принципу: цыганские слова встречаются только в речи "гостей", как бы подчеркивая их стремление выглядеть своими у цыган .

В дневнике Толстого читаем: "Кто водился с Цыганами, тот не может не иметь привычки напевать Цыганские песни <…>".

Все, что писал Толстой по-цыгански, было наполнено для него живым звучанием, поэтому его записи не только заслуживают доверия как элемент художественной ткани произведения, но и обладают лингвистической достоверностью .

Цыганская песня в "Очарованном страннике" Н. С. Лескова пока не комментировалась. В главе под многозначительным номером "13" Иван Северьяныч Флягин посещает цыган и слушает песню в исполнении чаровницы Грушеньки: "Так и тут она это "море"-то с "челном" всколыхала, а другие как завизжат всем хором: Джа-ла-ла. Джа-ла-ла. Джа-ла-ла прингала! Джа-ла-ла принга-ла. Гай да чепурингаля!

Гей гоп-гай, та гара! Гей гоп-гай-та гара! <…>" .

Этот эпизод как красноречивое свидетельство эмоциональной власти цыганской песни сочувственно цитировали многие, в их числе и один из основателей цыганского театра "Ромэн" Иван Иванович Ром-Лебедев .

Однако экзотическому рефрену "Джа-ла-ла…", при всем заслуженном восхищении, выпала странная судьба. С 1946 г. и по сей день в театре "Ромэн" идет спектакль И. В. Штока "Грушенька" по повести Н. С. Лескова. Всякий раз звучит песня на стихи Д. В. Давыдова, посвященные Евгении Дмитриевне Золотаревой: "Море воет, море стонет…" ("И моя звездочка", 1834 г.) .

Но никакого цыганского рефрена в спектакле нет. К примеру, в "Живом трупе" Л. Н. Толстого две цыганские песни ("Шэл мэ вэрсты, чяво, прогыём" - 'Сто я вёрст, молодец, прошёл...' и "Кон авэла, грэн традэла" - 'Кто приходит, коней гонит...

') .

Они упомянуты Толстым даже без текста, но в спектакле по его пьесе обе исполняются. А вот лесковское "Джа-ла-ла…", хотя и одобрительно цитируется, похоже, так и остается загадкой. Характерно, что и в многочисленных примечаниях к повести цыганский рефрен также не комментируется.

Может даже сложиться впечатление, что Н. С. Лесков вставил в текст какую-то тарабарщину. Однако, на наш взгляд, Н. С. Лесков, во-первых, заслуживает большего доверия как реалист, художественное творчество которого ориентировано преимущественно на точный показ явлений окружающей жизни. Во-вторых, Лесков прославился как фонетический ювелир: его филигранная передача украинской, польской речи, многих национальных акцентов, церковного стиля и т. д. позволяет надеяться, что и в этом случае автор перенес на страницы повести реальную цыганскую песню. В 1873 г., когда был закончен "Очарованный странник", публикаций песен на цыганском языке в России ещё не было, и мы не знаем, что и как в то время наши цыгане пели по-цыгански .

Так что приходится надеяться только на обнаружение вероятных параллелей в позднейших изданиях. Исследователи отмечают: "Стих цыганских песен - хореический" .

Хорей представлен в двух вышеназванных цыганских песнях из "Живого трупа" Л. Н. Толстого. Хореем написано стихотворение Д. В. Давыдова, как и русская песня, приведенная Н. С. Лесковым там же. Она до сих пор исполняется цыганами (кстати, с "вспомогательным" вставным гласным для сохранения размера): Ты вос-чу<у>в-ствуй, ми-лая, Как люблю тебя, драгая!

Однако в записи цыганского рефрена у Н. С. Лескова в первых двух строках три ударения (повторяемые во всех изданиях) как будто позволяют формально восстановить ямб, хотя возможны и два амфибрахия в нечетной строке, амфибрахий и анапест - в четной. Окончательного ответа нет. Писатель мог передать или характерное биение ритма при многоголосом пении, или необычность для русского слуха иноязычной просодии, в которой малозаметна редукция безударных гласных. Тем не менее, реальный цыганский прототип мог быть только хореическим. К записи Н. С. Лескова обнаруживаются две интересные фольклорные параллели. Писатель Ежы Фицовский опубликовал песню польских цыган, которая начинается словами: Dźava manga, dźava, Kaj man na dźanena Romore, gadźore Felig manušore.

- Пойду себе, пойду <туда>, Где меня не знают Цыгане, чужие - Добрые люди .

Это песня на цыганском диалекте балтийском группы. Еще одна вероятная параллель обнаруживается в сборнике братьев Р. С. и П. С. Деметер. Это песня на ловарском диалекте влашской группы (сформировавшейся в румынско-молдавском регионе): Жявтар, дале, жявтар Дуруне тхеменде, Кай ман чи принжянен Чел ром, чел гажё<о>рэ. - Ухожу, мама, ухожу В далёкие страны, Где меня не узнают Ни цыгане, ни чужие .

Сходство далеко не абсолютное, но запись Н. С. Лескова и не могла быть фотографически точной.

При многоголосом пении соседние слова в разных партиях звучат одновременно, накладываясь друг на друга. Однако дело не только в этом.

Н. С. Лесков представляет нам иноязычный текст песни как бы через призму первого восприятия ошеломленного героя. Две последние строки в записи Н. С. Лескова ("Гей гоп-гай, та гара!") представляют собой повтор междометий типа "ай, нэ-нэ" или "та-ри-ра", характерный для финального распева.

Их перевести невозможно. А вот в начальном четверостишии выявляются два совпадения, безусловно, любопытные и вряд ли случайные: а) начало "Джа-ла-ла. Джа-ла-ла" соответствует примерно такому же зачину зачину, как в приведенных песнях: "*Джява мангэ, джява" или "*Джява, дале, джява". - 'Пойду себе, пойду' или 'Пойду, мама, пойду'; б) записи "прингала" и "чеп<у>рингаля", с учетом вероятного смешения букв "г" и "ч" и появления "вспомогательного" гласного <у> при растяжке в пении последнего слова четвертой строки, восстанавливаются соответственно как *принчала и *че принчаля

, - вполне сносная по точности запись на слух цыганского Принджянла 'узнает' и Чи принджянла - 'не узнает', или Принджянэн 'узнают' и Чи принджянэн 'не узнают', или ещё какой-либо формы этого глагола. У московских цыган ныне он не сохранился, но известен в других диалектах, в частности, влашской этногруппы.

На неё же указывает и отрицательная частица Чи при глаголе в изъявительном наклонении. Исследователи отмечают, что массовое расселение влашских цыган по всему миру из Румынии и Венгрии начинается после середины XIX века .

Примерно в то же время разворачивается и действие в повести Н. С. Лескова. Поэтому-то и сомнительно, что лесковские цыгане относятся к этой свежей и едва ли успевшей забраться в прикаспийскую глубь России миграционной волне. Их основательное знакомство с русским хоровым репертуаром и конным рынком указывает на уже пройденный значительный период адаптации. Кроме того, автор нигде не подчеркивает акцент в речи цыган.

Скорее всего, хор, изображенный в "Очарованном страннике", пришел в Россию задолго до периода массовой миграции цыган-влахов в 1860-х гг., как и легендарный первый хор Ильи Тимофеевича Соколова, якобы завезенный в Россию из Валахии ещё в 1774 г. графом Алексеем Орловым (Чесменским)

, однако изначально исполнявший русский репертуар. Таким образом, вопрос об источнике вероятных "влахизмов" (отрицательной частицы Чи при глагольных формах изъявительного наклонения и, видимо, глагольной основы Принджян- 'узнай') в неточной записи Лескова остается без внятного ответа, хотя в принципе может указывать как на заимствование песенного репертуара от цыган этой или какой-либо иной этногруппы с юго-востока зарубежной Европы, так и на использование Лесковым записи имевшейся под рукой цыганской песни без учета тонких диалектных различий .

Несмотря на известную фонетическую условность записи Н. С. Лескова, есть самые серьезные основания полагать, что цыганский рефрен, воспроизведенный в повести "Очарованный странник" на слух, - не авторская выдумка, а вариация традиционной фольклорной темы: 'Уйду я, уйду - туда, где меня никто не узнает: ни свои, ни чужие', - зафиксированная на одном из влашских диалектов цыганского языка. Оба автора зарекомендовали себя не только как реалисты, но и как тонкие фонетисты. Цыганские вкрапления в их произведениях не позволяют ответить на все сопутствующие лингвистические вопросы, но дают основания для вывода о том, что в основе этих записей порой лежали диалекты, в чем-то отличные от того, который традиционно называется "московским" цыганским диалектом.

И эта загадка еще ждет своего разрешения. Примечания 1. Трубачев О. Н. Этимология и текст

Современные проблемы литературоведения и языкознания. - М., 1974. - С. 451. 2. Толстой Л. Н. Полное собрание сочинений: В 90 тт. - М., 1992. - Т. 59. - 134. 3. Miklosich F. Ueber die Mundarten und die Wanderungen der Zigeuner Europas. Bd. 2. - Wien, 1873. - S. 3. 4. Толстой Л. Н. Полное собрание сочинений: В 90 тт. - М., 1992. - Т. 59. - С. 78. 5. Шаповал В. В. Цыганская речь у Льва Толстого

Сибирский лингвистический семинар. - Новосибирск, 2001. - № 2. - С. 49. 6. Gill W. W. The Gypsy Chapters in Tolstoy's "Two Hussars"

Journal of Gypsy Lore Society. - 3 series. - XXV (1948). - P. 142-145. 7. Толстой Л. Н. Полное собрание сочинений: В 90 тт. - Т. 3. - М., 1992. - 252, 261. 8. Толстой Л. Н. Полное собрание сочинений: В 90 тт. - Т. 34. - М., 1992. - С. 28, 419, 446, 449. 9. Там же. - С. 23, 420, 446. 10. Шаповал В. В. Цыганский барон

Русская речь. - 1999. - № 4. - С. 108. 11. Толстой Л. Н. Полное собрание сочинений: В 90 тт. - Т. 46. - М., 1992. - С. 82. 12. Лесков Н. С. Очарованный странник. Изд. газеты "Русский мир". - СПб., 1874. - С. 122. 13. Ром-Лебедев И. И. От цыганского хора к театру "Ромэн". - М., 1990. - С. 58-61. 14. Лесков Н. С. Очарованный странник / Собрание сочинений, в 11 тт. - Т. 4. - М., 1957. - С. 471, 556 (прим. И. З. Сермана). 15. Шаповал В. В. Цыганская речь у Льва Толстого

Сибирский лингвистический семинар. - Новосибирск, 2001. - № 2. - С. 52-53. 16. Друц Е. А., Гесслер А. В. Сказки и песни, рожденные в дороге. - М., 1985. - С. 12. 17. Образцы фольклора цыган-кэлдэрарей. - М., 1981. - С. 8. 18. Ficowski Jerzy. Cyganie na polskich drogach. Wyd. 2-ie. - Krakow, 1965. - S. 212. 19. Образцы фольклора цыган-кэлдэрарей. - М., 1981. - С. 104, 105, 237. 20. Хочу выразить признательность проф. И. Г. Добродомову за подсказку гипотетического прочтения Ч, обозначающего [д'ж'], на месте Г в Принга-ла и Чепурингаля. Примечательно, что сходные визуальное смешение Г-ч и фонетическое смешение [д'ж'] - [ч'] представлено в непрофессиональной записи "дочинчавэсапэ", вместо цыг.

*до-джянгав-эса-пэ 'до-буд-ишь-ся' (Язык цыганский весь в загадках. - СПб, 2006. - С. 223, № 4708). Вариативная запись конечных -ла / - ля может указывать на полумягкое [l]. 21. Деметер Н. Г., Бессонов Н. В., Кутенков В. Н. История цыган - новый взгляд. - Воронеж, 2000. - С. 95, 97; Ficowski Jerzy. Cyganie na polskich drogach. Wyd. 2-ie. - Krakow, 1965. - S. 68-74. 22. Калинин В. И., Шаповал В. В., Торопов В. Г., Подлипский А. М. Цыганский биографический словарь

Калинин В. И. Загадка балтийских цыган. - Минск, 2005. - С. 212, 220. 23. Подобным образом М. М. Коцюбинский в повести "Дорогою цiною" при описании задунайских цыган 1830-х гг. использовал свои записи речи бессарабских цыган 1892 г.: Дьячок М. Т., Шаповал В. В. Цыганские реплики у М. Коцюбинского

Язык и культура. Сб. статей Всероссийской научн. филол. конф. - Новосибирск, 2003. - C. 67-70.

  
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Очерки и сочинения по русской и мировой литературе