Яркая индивидуальность Пауля Флеминга

Начав, как и многие его современники, с латинской поэзии, Флеминг в дальнейшем обращается к традициям европейского петраркизма. Однако используя в своих сонетах образы и мотивы Петрарки, Флеминг со временем освобождается от штампов и вносит в свои стихи подлинное чувство. Любовная тема составляет содержание и более свободных песенных стихотворений — таких, как «Верное сердце» с повторяющимся после каждой строфы рефреном:

    С сердцем близким, сердцем милым Все на свете нам по силам!

Или шутливая песенка в анакреонтическом духе «Как бы он хотел, чтобы его целовали». С другой стороны, Флеминг раздвигает тематические рамки сонета, насыщая его глубоким философским содержанием. Таков сонет «К самому себе», отражающий распространенные в ту пору идеи неостоической философии:

    Будь тверд без черствости, приветлив без жеманства, Встань выше зависти, довольствуйся собой! От счастья не беги и не считай бедой Коварство времени и сумрачность пространства... Тому лишь, кто презрев губительную спесь, У самого себя находится во власти, Подвластна будет жизнь, мир покорится весь!

В стихотворении «Размышление о времени» поэт обращается к философской теме, неоднократно ставившейся в поэзии немецкого барокко:

    Во времени живя, мы времени не знаем. Тем самым мы себя самих не понимаем... Весьма различны времена по временам: То нечто, то ничто — они подобны нам. Изжив себя вконец, рождает время. Так продолжается и человечье племя.

Стихотворение представляет как бы цепочку афористических двустиший, варьирующих тему «время — человек». Внутри такого двустишия происходит игра антитезами (нечто — ничто, изжив — рождает), либо многозначностью слов (времена — по временам) и т. п. Аналогичные приемы можно наблюдать у силезских поэтов-мистиков Даниеля Чепко и Ангелуса Силезиуса.

Большое место в лирике Флеминга занимает тема войны. «Похвальбе пехотинца», выдержанной вначале в духе молодечества и удали, неожиданная концовка с язвительной иронией разоблачает истинную подоплеку воинской доблести:

    Освободили мы любезных земляков Сначала от врага, потом от кошельков. На то ведь и война. Не трогает солдата Вопрос, кому служить? Была бы выше плата!

В «Новогодней оде 1633» Флеминг рисует страшную картину опустошения родного края:

    Наши села сожжены, Наши рати сражены. Наши души гложет страх. Города разбиты в прах.

Проникновенным чувством любви к родине дышит сонет «К Германии», заканчивающийся строками:

    И в поисках пути, в далекой стороне, Я смутно сознаю: я дома — ты во мне...

Сонет этот связан с самым значительным событием недолгой жизни поэта — его путешествием в Россию и Персию. стихотворений Флеминга был издан уже после его смерти, в 1646 г. Олеарием. Последним стихотворением поэта был сонет-эпитафия самому себе, в котором тема мужественного страдания переплетается с горделивым мотивом горациева «Памятника»:

Пусть рухнет целый мир под нашим небосводом, Судьба оставит песнь немецкую мою!

Среди множества очагов поэтического творчества в Германии особое место принадлежит Силезии, давшей немецкой литературе ряд выдающихся и своеобразных лириков. Это в свое время послужило поводом для введения ныне устаревшей периодизации немецкой поэзии XVII в.— ее разделения на первую и вторую силезские школы. Под первой силезской школой подразумевались Опиц и выступившие вслед за ним его приверженцы и ученики, силезцы по происхождению.

  
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Очерки и сочинения по русской и мировой литературе